Оксана Васякина «Такого света в мире не было до появления N»
27.08.2026
Оксана Васякина написала сборник рассказов. В нем нет перекликающихся персонажей, общих сюжетных линий или хронологии. Их можно читать отдельно и вне сборника, но что-то же должно объединять эти произведения под одной обложкой? Несомненно, и это – женщины, героини всех текстов.
Возможно, некорректно делить литературу на условную «мужскую» и «женскую» по автору, но при обсуждении этого сборника не получится избежать этого. Так трепетно и в то же время дерзко о женщинах может написать только женщина. Заведующая отделом комплектования Влада Скуковская прочла сборник «Такого света в мире не было до появления N» Оксаны Васякиной и готова обсудить его (как женщина, конечно).
В описании порой незначительных бытовых сцен автор так точно акцентирует внимание на слишком интимных деталях, выносит наружу то, из-за чего каждая бы краснела и бледнела. Это излюбленный прием Васякиной: выстраивать образ емкими и чрезмерно личными характеристиками, бить сразу в глаз откровенностью на грани, вырисовывая такие болезненные, но знакомые сюжеты.
Знакомые, кстати, каждому – вне зависимости от пола. Рассказы затрагивают период 2000-х и 2010-х годов: в каких-то текстах фигурируют конкретные даты, где-то все считывается по маркерам эпохи – музыка, мода, темы. Кажется, что мы все такие разные: пол, возраст, города – но у нас одно прошлое, и Васякина мастерски расставляет крючки, за которые цепляется читатель: мы проживали одинаковые кризисы взросления, мы очаровывались людьми, мы разочаровывались в них, надеялись, плакали, скандалили, слышали одни и те же истории, видели одни и те же события. И когда эти общие воспоминания сводятся к бытовой зарисовке, происходит естественная реакция на знакомое: да, было, знаю, помню. С другими именами, в далеких городах, слишком давно – не хочется вспоминать, потому что это и есть самое личное, тайное, интимное.
Я постоянно говорю об интимности этих текстов, поэтому хочу на конкретном примере показать, что вкладываю в это понятие. Преподавательница О. из рассказа «Это необходимо для соблюдения границ» кажется совершенством, все студенты хотят заслужить хотя бы каплю ее внимания. Но идеал громко храпит, у нее дома вонючая кухонная тряпка, у нее колготки впиваются в бока. Эталонный образ, придуманный героиней, рушится при сближении с О., но именно по этим деталям читатель видит реальную женщину за книжным образом.
Интимное – это то, о чем не говорят; чувствуют, знают, понимают – но не говорят, потому что это за закрытой дверью, это личная тайна, это как подглядеть в дверной замок – стыдно даже признаться, что тебе так хочется посмотреть на чужое. И Васякина ломает дверь, выворачивает белье, в котором спрятаны трагедии, отчаянные попытки принять себя, непонятных окружающим поступки, разрушающие влюбленности – и тайны нет, все образы нам знакомы.
Это не совсем заслуга читателя, ведь мы смотрим сквозь призму героини Васякиной: она расставляет акценты, она вспоминает события, она дает женщинам имена, она описывает и размышляет. Эта героиня-наблюдатель есть во всех рассказах (текст о Вике все равно воспринимается как ее пересказ), и ее образ получился самым откровенным, ведь она открывает нам свою душу прямо, за портретами других женщин скрывается ее собственная жизнь, и самую строгую и жесткую характеристику она дает себе самой.
То, о чем молчат женщины, в сборнике рассказов «Такого света в мире не было до появления N» Оксаны Васякиной, который можно взять в Абонементе по адресу Садовая-Кудринская, 23с1.
Возможно, некорректно делить литературу на условную «мужскую» и «женскую» по автору, но при обсуждении этого сборника не получится избежать этого. Так трепетно и в то же время дерзко о женщинах может написать только женщина. Заведующая отделом комплектования Влада Скуковская прочла сборник «Такого света в мире не было до появления N» Оксаны Васякиной и готова обсудить его (как женщина, конечно).
В описании порой незначительных бытовых сцен автор так точно акцентирует внимание на слишком интимных деталях, выносит наружу то, из-за чего каждая бы краснела и бледнела. Это излюбленный прием Васякиной: выстраивать образ емкими и чрезмерно личными характеристиками, бить сразу в глаз откровенностью на грани, вырисовывая такие болезненные, но знакомые сюжеты.
Знакомые, кстати, каждому – вне зависимости от пола. Рассказы затрагивают период 2000-х и 2010-х годов: в каких-то текстах фигурируют конкретные даты, где-то все считывается по маркерам эпохи – музыка, мода, темы. Кажется, что мы все такие разные: пол, возраст, города – но у нас одно прошлое, и Васякина мастерски расставляет крючки, за которые цепляется читатель: мы проживали одинаковые кризисы взросления, мы очаровывались людьми, мы разочаровывались в них, надеялись, плакали, скандалили, слышали одни и те же истории, видели одни и те же события. И когда эти общие воспоминания сводятся к бытовой зарисовке, происходит естественная реакция на знакомое: да, было, знаю, помню. С другими именами, в далеких городах, слишком давно – не хочется вспоминать, потому что это и есть самое личное, тайное, интимное.
Я постоянно говорю об интимности этих текстов, поэтому хочу на конкретном примере показать, что вкладываю в это понятие. Преподавательница О. из рассказа «Это необходимо для соблюдения границ» кажется совершенством, все студенты хотят заслужить хотя бы каплю ее внимания. Но идеал громко храпит, у нее дома вонючая кухонная тряпка, у нее колготки впиваются в бока. Эталонный образ, придуманный героиней, рушится при сближении с О., но именно по этим деталям читатель видит реальную женщину за книжным образом.
Интимное – это то, о чем не говорят; чувствуют, знают, понимают – но не говорят, потому что это за закрытой дверью, это личная тайна, это как подглядеть в дверной замок – стыдно даже признаться, что тебе так хочется посмотреть на чужое. И Васякина ломает дверь, выворачивает белье, в котором спрятаны трагедии, отчаянные попытки принять себя, непонятных окружающим поступки, разрушающие влюбленности – и тайны нет, все образы нам знакомы.
Это не совсем заслуга читателя, ведь мы смотрим сквозь призму героини Васякиной: она расставляет акценты, она вспоминает события, она дает женщинам имена, она описывает и размышляет. Эта героиня-наблюдатель есть во всех рассказах (текст о Вике все равно воспринимается как ее пересказ), и ее образ получился самым откровенным, ведь она открывает нам свою душу прямо, за портретами других женщин скрывается ее собственная жизнь, и самую строгую и жесткую характеристику она дает себе самой.
То, о чем молчат женщины, в сборнике рассказов «Такого света в мире не было до появления N» Оксаны Васякиной, который можно взять в Абонементе по адресу Садовая-Кудринская, 23с1.
